Орнаментальное искусство Мозаики собора Св. Софии в Константинополе Мозаики и фрески собора Св. Софии в Киеве Фрески Салоник и собора Св. Софии в Охриде Мозаики XII века: София Константинопольская, Чефалу

Эпоха Дук, Комнинов и Ангелов

Миниатюры конца XI века


239. Моисей получает законы


240. Песнь Анны


241. Благовещение


242. Песнь Ионы

239–243. Миниатюры из Псалтири cod. 3. 1084–1101 гг. Домбартон Окс, Вашингтон (239–241, 243) и Музей Бенаки, Афины (242).


243. Песнь Исаии


Характерным образцом столичной миниатюры конца XI века является Псалтирь, изготовленная между 1084 и 1101 годами и находившаяся ранее в монастыре Пантократора на Афоне (cod. 49)26 (табл. 239–243). Изящные фигурные инициалы еще связывают ее с группой рукописей третьей четверти XI века. Заключенные в узкие рамочки, миниатюры исполнены в тончайшем каллиграфическом стиле. Небольшие хрупкие фигуры почти лишены объема. Одеяния распадаются на мелкие складочки, подчиняющиеся отвлеченному, чисто декоративному ритму. Особенно типична трактовка ландшафта. Распластываясь по плоскости, он состоит из схематизированных зданий либо скал и холмов, превратившихся в своеобразные орнаментальные мотивы. Уступы скал до неузнаваемости стилизованы, уподобляясь языкам пламени. Соотношения фигур и ландшафта имеют условный характер, поскольку им чужды законы реального трехмерного пространства. Восходя к той же «аристократической» редакции, как и cod. Paris. gr. 139, Псалтирь из монастыря Пантократора дает и ряд новых сюжетов. В частности, мы встречаем здесь одно из ранних изображений Богоматери типа Умиления, повторявшееся также, в почти неизмененной форме, в утраченной ныне Псалтири из бывшего Христианско-археологического университетского собрания в Берлине (3807)


244. Таблица канонов


245. Рождество Христово и Константин и Елена


246. Сцены из жизни Христа: Оплакивание, Жены-мироносицы у гроба, Вознесение и Сошествие Св. Духа


247. Заставка с Рождеством Иоанна Предтечи и фигурный инициал с изображением евангелиста Луки

244–247. Листы из Евангелия Palat. 5. Конец XI века. Библиотека Палатина, Парма.

Среди рукописей конца XI века трудно выделить такую же монолитную в стилистическом отношении группу, как среди манускриптов третьей четверти столетия. Но и для этой эпохи имеются типичные образцы, которые могут быть использованы для характеристики столичной книжной иллюстрации. Здесь следует прежде всего упомянуть миниатюры поновленной Псалтири из Ватикана, исполненной по случаю коронации Иоанна Комнина около 1092 года (Barb. gr. 372)28, и Евангелия из Палатинской библиотеки в Парме (Palat. 5)29. Пармская рукопись украшена, наряду с богатыми таблицами канонов, заставками, портретами евангелистов и различными евангельскими сценами (табл. 244–247). Хотя иконография многих сцен выдает ряд точек соприкосновения с анатолийской традицией, орнаментика и стиль рукописи прямо указывают на Константинополь как на место ее изготовления. Лишенные всякой материальности, фигуры кажутся как бы сотканными из одних линий. Скалы утратили минимальную объемность, превратившись в условные плоскостные кулисы. Стилизации подверглась и архитектура, сведенная к немногим основным типам строений.


248. Аллегорические сцены, эпизоды из монашеской жизни, Рай и ад


249. Три сцены из жизни монастыря


250. Различные ступени аскезы


251. Сцена из монашеской жизни: Иоанн Лествичник беседует с монахами о злопамятности и клевете

248–251. Миниатюры из Лествицы Иоанна Лествичника gr. 394. Конец XI века. Библиотека Ватикана, Рим.

Эта же суховатая каллиграфическая манера исполнения дает о себе знать в миниатюрах Лествицы в Библиотеке Ватикана (gr. 394)30, Менология в Британском музее (Add. 11870)31 и Слов Григория Назианзина в Национальной библиотеке в Париже (gr. 533)32. В иллюстрациях первой рукописи чувствуется настроение строгого аскетизма, столь характерное для восточного христианства (табл. 248–251). Многочисленные сцены покаяний изображают различные ступени духовного совершенствования. доминируют коричневые цвета, карнация отличается особой бледностью, к традиционной гамме красок нередко присоединяется черный тон, придающий отдельным изображениям мрачный характер. Лишь на монастырской почве могло сложиться это искусство, неразрывно связанное с восточной аскезой. Виртуозное исполнение небольших фигурок и изящных ландшафтов не оставляет сомнения в столичном происхождении рукописи, написанной, вероятно, в одном из константинопольских монастырей. Из столичной мастерской вышли также лондонский Менологий и парижская рукопись Слов Григория Назианзина, украшенная помимо заключенных в рамочки миниатюр разбросанными в тексте фигурами святых, покрытыми тончайшей золотой штриховкой. Трактовка этих совершенно плоских фигур более чем в какой-либо другой рукописи приближается к технике эмали.


Русь: монументальные росписи Киева